ТВР-Панорама № 44, 25 октября 2000 года

ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ

ПАМЯТЬ

Бои на земле викингов

Октябрь - знаменательный месяц в истории взаимоотношений России и Норвегии. Глубокой осенью 1944 года войсками Карельского фронта (его северного фланга) была проведена стратегическая операция по освобождению от фашистов западной части Мурманской области и губернии Финнмарк Норвегии. Наступление войск генерала К. Мерецкова привело к разгрому немецких горных егерей 20-й Лапландской армии и освобождению древней русской Печенгской земли.

...Еще в 1533 году русские люди основали на берегу Печенгского залива первое поселение. С древних времен они дружески соседствовали с норвежцами. Историческое содружество наших народов закрепилось в ХХ веке совместной борьбой против общего врага в годы второй мировой войны. Норвежские рабочие, учителя, студенты, духовенство, офицеры активно участвовали в движении Сопротивления, помогали русским разведчикам, укрывали их от врагов. В июне этого года один из членов норвежской профсоюзной делегации, посетивший Петрозаводск, рассказал, как он, будучи мальчишкой, бросал за колючую проволоку лагеря вблизи Киркенеса, картошку и вяленую рыбу нашим военнопленным...
В окрестностях Киркенеса много примет доброго отношения норвежцев к нашим людям. Это и памятник солдату Красной Армии в центре Киркенеса, и стела в память советских воинов, павших в Норвегии в 1941-1945 гг., и экспозиция в музее Пограничья. Теплый климат дружбы наших северных народов сохранился в течение веков, и никакие колебания политической погоды не изменили его.
...К исходу 22 октября 1944 года войска Красной Армии вышли к норвежской границе; за рекой Пасвик полыхало зарево выжигаемой оккупантами земли викингов. Переправочные средства под ураганным огнем немцев переворачивались и шли на дно фиордов. Жертв было бы еще больше, если бы не поспешили на помощь норвежские патриоты. Они втаскивали гибнущих солдат в свои устойчивые рыбачьи лодки и переправляли их на берега фиордов и рек.
Руководитель норвежско-карельского общества, наш друг Терье Карлсен в этом году обратился через газеты к норвежским участникам тех героических событий с просьбой откликнуться. Увы, отозвались только два человека. Неумолимый Хронос постоянно собирает свою дань.
25 октября 1944 г. Москва дала победный салют в честь освободителей Киркенеса. Норвежский монарх Хокон VII в речи по радио 26 октября высоко оценил дружбу между норвежским и советским народами. Командующий Карельским фронтом К. А. Мерецков был награжден орденом Святого Олафа.
Тяжелой ценой оплачена победа в той заполярной битве. Более 10 тысяч жилых домов, церквей, больниц было сравнено с землей, почти полностью был потоплен рыболовный флот - кормилец страны. Многие норвежские патриоты заплатили за свободу своей страны собственными жизнями.
Потери Красной Армии в Заполярье за 25 огненных дней октября 1944-го составили: сухопутных войск и авиации - 18435 человек, Северного флота - 2012 моряков. По данным Генерального штаба РФ в норвежской земле покоится прах 12369 наших воинов.
Жертвы, принесенные на алтарь общей борьбы, требуют сохранения памяти о тех героических днях и людях. Кто примет и передаст дальше эстафетную палочку исторической памяти? Передо мной норвежская книга "Военные годы в Вадсё". В книге - фотографии норвежских детей военной поры и фото 13-летнего Яана Даниельсена с газетой "Восточный Финнмарк". Эта газета возвещает: "Война окончена. Германия капитулировала". Изображенным на фотографиях людям принадлежит живая память о войне их отцов и дедов; на них, людях среднего возраста, лежит моральный долг передать вахту памяти более молодому поколению. В Карелии память о норвежских побратимах хранят в своих сердцах и передают эту память молодежи участники боев за освобождение Северной Норвегии Гай Иоффе, Михаил Токарь, Андрей Пешков, Дмитрий Веретейко, Николай Малинин, Иван Левин и другие, к сожалению, уже немногие ветераны Карельского фронта.
В эти октябрьские дни старые солдаты желают здоровья норвежским ветеранам, и принимая фронтовые сто граммов, говорят по прежней памяти: "SkМl!" -"На здоровье!"
Ренальд ШПИЛЬКОВ,
член общества "Карелия - Норвегия", полковник в отставке

Ренальд Шпильков (слева)
и ветеран из Норвегии Туре Сандби
у стелы в память советских воинов

Знаете, каким он парнем был...
Жизнь и дела Александра Попова

На первом этаже Беломорской районной администрации есть маленькая комната, на дверях которой скромная табличка "Районный совет ветеранов".
В эти дни в "явочной квартире" ветеранов тесновато. Идет "сочинение доклада" - на 30 октября назначена отчетно-выборная конференция районной ветеранской организации. "Сочинял" бы его, как всегда, сам председатель совета - Александр Филиппович Попов, но за три недели до конференции его не стало.
И, похоже, не столько доклад, сколько эта горькая потеря собирает стариков вместе. Вот один вдруг вспомнит что-то о Филиппыче, другой - в споре, как консервировать на зиму строительство памятника, сошлется на его слова...

И этот памятник в "девятый день", как и в день самих похорон, не раз со вздохом поминали: "Доконал он Попова". А может, не так? Может, этот памятник держал его на земле, не давал "киснуть" даже когда не стало рядом жены - Нины Александровны?
Шесть лет назад председатель Беломорского совета ветеранов войны и труда Александр Филиппович Попов при поддержке своего совета выступил с инициативой возвести в городе памятник всем погибшим во время Великой Отечественной войны беломорчанам. Инициаторы понимали, что на поддержку государственных структур им особо рассчитывать нечего, строить надо на народные деньги. А у народа в середине 90-х кошельки известно какие были. Но писали, обращались, просили, призывали... и ведь собрали!
Заказали и изготовили плиты с высеченными на них именами погибших. А до этого надо было еще составить списки. Нашли камень, который должен был лечь в основу памятника. Начали планировку будущего мемориала. При этом не забывали и всегда находили возможность сказать доброе слово тем, кто помогал строить.
Порой казалось, что еще чуть-чуть, и все будет завершено. Попов не раз назначал срок: если не к Дню Победы, то к Дню города (он в середине сентября)... Но то одного не хватало, то другого. Снова просили, собирали... Уже ругали сами себя: "Зря мы такой грандиозный мемориал затеяли". И сами себя осаживали: "Строить так строить".
Когда мемориал в Беломорске все-таки будет открыт, он станет памятником и Александру Филипповичу Попову. Ведь многое вершилось его именем.
Его знал практически каждый житель города. Одни - как директора Беломорской "мореходки" (было когда-то такое учебное заведение в поморском городе). Другие - как председателя горсовета, секретаря райсовета. А кто-то помнит Сашу Попова выпускником Беломорской средней школы, он был из того самого класса, который прямо с выпускного вечера ушел на фронт. Вернулись немногие - Попов вернулся. С медалями "За отвагу", "За оборону Ленинграда", "За взятие Кенигсберга", 19-ю благодарностями Верховного Главнокомандующего.
В нынешнем мае в составе карельской делегации из трех человек Александр Филиппович принимал участие в юбилейном Параде Победы на Красной площади.
В конце апреля я связалась с ним по телефону, чтобы записать краткое интервью (оно оказалось последним) о сборах в эту поездку. Попов был горд доверием, похвастался, что его "очень хорошо экипировали" - подобрали праздничный костюм из дорогого материала.
В этом костюме его и похоронили. На траурный митинг у здания местной администрации собралось, наверное, полгорода. Выступали не по регламенту и не по списку. Слово брали те, кто очень хотел сказать, "каким он парнем был".
Он никогда не старался казаться лучше, выше, значительнее или умнее, чем есть. Всегда был самим собой и, может быть, именно этим был дорог многим.
...Последнее, что он видел в этой жизни, был праздничный фейерверк в честь Дня города Беломорска, почетным гражданином которого он был. И в котором прожил (будто кем-то заранее было отмерено) ровно 78 лет.
Анна КУЗНЕЦОВА
Фото Бориса СЕМЕНОВА

Участники Парада Победы на приеме у С. Катанандова. А. Ф. Попов - справа


ПИСЬМЕЦО В КОНВЕРТЕ

Постой, паровоз, пододвиньтесь, колеса

Пригородный поезд на то и пригородный, чтобы, как говорится, останавливаться у каждого телеграфного столба.
Пригородный "Кемь - Маленга" эту роль выполняет. Он делает остановки не только у населенных пунктов, но и у облюбованных гражданами мест рыбалки и сбора ягод - у Кузреки, реки Вирма, на 75 км вблизи озера Пертозеро. Правда, многие годы он шел мимо поселка о семи домах, метко прозванного еще в 30-х годах Ямой, так как расположен он под железнодорожной насыпью. Поезда проходят вровень с крышами домов. Когда-то обитатели домов были не в претензии. Шли, чтобы сесть в поезд, на станцию Тегозеро по шпалам. Другого пешего пути туда нет. Хозяева дачных домов были молоды и легко преодолевали это расстояние с грузом за плечами. Теперь же самому младшему за 50, старшей под 90.
Мы стали ходатайствовать вместе с Беломорской мэрией перед железнодорожным руководством, чтобы пригородный поезд делал минутную остановку и у нашего дачного поселка. Просьбу удовлетворили, за что огромное спасибо.
Поезд останавливается. Но как? Зачастую он не дотягивает вагоны, и люди вынуждены сходить на щебеночную насыпь и катиться по ней вниз. А когда поезд уйдет, карабкаться вверх, раздирая руки и колени о щебень, волоча за собой рюкзаки и хозяйственные груженные продуктами коляски. Затем хватаются за рельс, чтобы встать на ноги и ковылять до поляны, где стоит тепловоз, а машинист, выглядывая в окно, любуется всей этой кутерьмой.
Фамилию машиниста или машинистов нетрудно узнать по маршрутным листам. В сентябре такая "высадка" с вечернего поезда была 15, 16, 18, 20 числа.
И посадка на ночной поезд "Маленга - Кемь" зачастую не лучше. Ожидая прибытия, стоим на поляне, но состав проскакивает мимо и останавливается над 5-тиметровым откосом. Приходится бежать с грузом по шпалам, карабкаться в темноте по откосу, хватаясь руками за колеса последнего вагона, чтобы не скатиться вниз. А каково в вагон подниматься?
Конечно, не все машинисты так поступают. Есть и внимательные - останавливают вагоны (их всего два) у поляны, от которой опускается тропа в поселок. Мы им очень благодарны. Хорошо бы на этой поляне соорудить хотя бы из старых, но еще пригодных шпал нечто вроде посадочной площадки. Тогда волей-неволей машинист останавливал бы вагоны возле нее. С такой просьбой обращаемся через газету к железнодорожным службам Кеми и Беломорска. Надеемся на понимание и помощь.
Борис ПЕЧЕНКИН,
ветеран труда, инвалид II группы,
г. Беломорск